Куда уходит инстинкт

4-1

В семьях Новокуйбышевска становится все неспокойнее. Что же происходит за закрытыми дверями?

По официальным данным, у новокуйбышевцев растет зарплата, улучшается благосостояние семей. В городе создаются условия для семейного отдыха – благоустраиваются  парки, скверы, улицы, дворы, строятся детские и спортивные площадки, устраиваются праздники. Молодым семьям выделяются средства на жилье, оказывается помощь многодетным.

Ольга Шорикова

shorikovaOV@yandex.ru

А как живут в этих условиях семьи? Ощущается ли улучшение домашнего климата? Как говорят, мой дом – моя крепость. Насколько прочна «семейная крепость» и как в ней живется детям? Попасть в нее непросто.  Одни из немногих, для кого  двери открываются, – это работники структур по охране прав детства. И специалисты этих учреждений отмечают не слишком благоприятные тенденции.

По предварительным итогам, в Новокуйбышевске 2014 год обещает увеличить цифры по некоторым показателям. Увы, это не самые радостные рекорды. Матери становятся менее чадолюбивы. И детей при разводе начали передавать на воспитание и проживание отцам. А небогатые  семьи с детьми, накопив долги по оплате ЖКХ, зачастую покидают Новокуйбышевск и едут в села или города, где жизнь дешевле.

На 35% выросло количество персональных дел – по тем случаям, когда дети совершают правонарушения или родители не должным образом исполняют свои родительские обязанности. Первых стало больше на 40%, вторых – на  24%. Аж в 2,5 раза увеличилось число отказов в возбуждении уголовных дел – таких, когда ребенок совершил преступление (драки и мелкие кражи), но по возрасту не подлежит уголовной ответственности.

Плохое наследство

Неблагополучие имеет свойство передаваться из поколения в поколение. На последнем заседании совета по защите прав несовершеннолетних рассматривалось несколько серьезных ситуаций. Решались судьбы семей, в первую очередь детей. Нерадивые родители не просто создали для своих чад невыносимые условия, но и одарили их страшными хворями.

История первая. Молодая мама Лида (имена здесь и далее изменены) в своем детстве не знала родителей, находилась под опекой бабушки. Бабушка воспитывала ее в строгости, и Лида была неплохим, малопроблемным ребенком. Но подросла и вышла замуж. Родила дочь, которой сейчас 4 года. Муж за кражу находится в местах не столь отдаленных. Он наркоман. Как выяснилось, и Лида переняла у него эту страшную привычку.

Лидия живет то у свекрови, то у своей бабушки. Дочь тоже кочует вместе с нею по родственникам. Как выяснилось, девочка вместе с мамой заражена ВИЧ-инфекцией. Во время беременности врачи еще не определили эту опасность для будущего малыша и не приняли мер. И только в трехлетнем возрасте, когда у малышки началось носовое кровотечение, в больнице обнаружилась страшная правда.

Сейчас Лида не работает. Получая пособие, тратит его, очевидно, на наркотики: родственники находят у нее использованные шприцы. Часто берет деньги в долг. Постоянно обманывает. К примеру, взяла у бабушки деньги на оплату пребывания ребенка в детсаду. Но затем  выяснилось, что за детсад накопился изрядный долг.  Бабушка перенесла недавно инсульт, но малышка часто остается у нее на руках.

Пока девочка находится  под присмотром близких, сильно привязана к маме, органы опеки приняли решение о материальной защите интересов ребенка. Будут решать вопрос о том, чтобы денежное пособие переводить на личный счет малышки. Может быть, это как-то остановит молодую женщину, которая покатилась под откос. Хотя тяжкое пристрастие оставляет мало шансов…

История вторая. Семью Бушметовых, где растут дочери 14-летняя Саша (от первого брака матери) и 6-летняя Катя, не раз вызывали на консилиум. Девочки устали жить по приютам. Родители пьют оба. Скитаются, живут на съемных квартирах. С 30 мая дети находятся в приютах нашего города и Самары. А родители – вновь в нашем городе, откуда уезжали в Челновершинский район. Оттуда органы опеки  пишут:

«Мать злоупотребляет спиртным, оставляет  детей одних. На момент нашего посещения в доме находились несовершеннолетние девочки. Матери не было. Со слов старшей дочери, мама ушла из дома в 12.00 в нетрезвом виде.  Из продуктов питания в доме были только пакеты лапши быстрого приготовления. Старшая девочка была больна. На теле были обнаружены множественные высыпания в виде воспалительных гнойных язв. Сотрудники полиции обнаружили мать, она пряталась во дворе собственного дома. Женщина была в состоянии сильного опьянения, одежда грязная, на лице кровоподтеки и ссадины. При освидетельствовании  врача-нарколога у нее обнаружена большая доза алкоголя. Отец работает вахтовым методом в Самаре. Дети были помещены в больницу. Мать  продолжала употреблять алкоголь, находясь в сомнительных компаниях. Была уволена из магазина, где работала продавцом. И выселена из съемного жилья. Место нахождения долго было неизвестно. Дети помещены в челновершинский СРЦ. В ноябре 2013 г. супруги переехали жить в Новокуйбышевск».

Сейчас образ жизни Бушметовы не изменили. Чтобы вернуть детей себе, обеспечили им «спальное место» – принесли кровать со свалки. За 2 часа, на которые с ними отпустили домой детей, девочки успели так загрязниться, что пришлось их отмывать, одежду – отстирывать. Старшая девочка раньше, жалея сестренку, просила ее из приюта передать папе:

- А я  уж как-нибудь привыкну и по детским домам помотаюсь.

Теперь же говорит, что они обе не нужны ни папе, ни маме. Готовится материал на лишение родительских прав. И органы опеки надеются устроить обоих детей в приемную семью. У них хорошие данные, и даже у старшей сестры есть шанс обрести нормальных родителей: она контактна, активна, не имеет плохих привычек.

Перед глазами присутствовавших прошли несколько ужасающих историй. А одна все-таки обнадежила. Там 35-летняя  мать, оказавшаяся на грани лишения родительских прав,  пыталась вернуть двоих детей. Пока она держится, не пускаясь в запои, и брезжит надежда, что дети из приютов вернутся в семью. Только ее полуторагодовалая дочь уже навсегда лишена нормальной судьбы: у нее обнаружен гепатит С – «ласковый убийца». Ни семьи создать, ни детей иметь она, скорее всего, уже не сможет.

Интервью

«Вам лишь бы отнять»

Руководитель управления по вопросам семьи и демографического развития Елена Шашарина комментирует некоторые тенденции в «семейной обстановке» нашего города.

- Елена Борисовна, как вы относитесь к тем упрекам, которые звучат все чаще: «Вам лишь бы забрать ребенка!»? Особенно в этом преуспело телевидение. В городе в этом году лишили родительских прав 25 человек. Были безвыходные ситуации?

- В это число входят и те случаи, когда лишаем прав только одного из родителей. И тогда ребенок остается под попечением другого. Если у ребенка только один родитель, и он лишен прав, тогда ребенок считается оставшимся без попечения. Таких детей в этом году девять. Эта цифра к концу года изменится. На днях умерла женщина, заболевание которой считается социальным (это туберкулез, вызванный ВИЧ-инфекцией). Отец умер раньше. Осталось трое детей.

Было время, когда лишали  родительских прав действительно очень много. Если непорядок в семье, решение принимали без больших раздумий. Детей отправляли в детские дома. Но с того момента, как начала действовать служба семьи, приобрели опыт, стали пристально наблюдать за дальнейшей судьбой детей. Пришли к выводу, что лишение родительских прав на детей в возрасте старше 14 лет – мера неэффективная. Ребенок продолжает общаться с биологическими родителями, убегает из социальных учреждений. При оценке эффективности работы нашей службы считается, что чем больше мы лишаем родительских прав, особенно если после этого ребенок остается вообще без родительского попечения, тем мы срабатываем хуже. И упрек в том, что мы стремимся отнять ребенка из семьи, несправедлив. Всегда думаешь, насколько ты правомочен решать судьбу людей, понимаешь, что жить в социальном учреждении для ребенка – это ненормально. Такое решение принимается всегда судом с участием прокуратуры – тогда, когда нет другого выхода. Мера более щадящая, заставляющая родителей задуматься – это ограничение в родительских правах. В этом случае они имеют право общаться с детьми .

- Но я знаю случай, когда ребенок старшего возраста сам пожелал, чтобы маму лишили родительских прав – тогда он приобретает льготы.

- Действительно, ребенок, находящийся под защитой государства, имеет больше льгот. Но это путь в никуда. Это все равно что намеренно становиться инвалидом, чтобы получить  блага от государства. Это порождает социальное иждивенчество. И мы не должны выбирать такой путь. Между прочим, к тем мамам, которые не отличаются правильным поведением, имеют дурные привычки, дети больше привязаны. Кстати, с 10 лет дети имеют право высказать свое желание. И некоторые подтверждают, что мама не всегда правильно себя ведет, но хотят остаться с ней.

Если у детей правильная психология, они понимают ценность семьи. И у нас есть два недавних примера, когда родители изменяли образ жизни. Так, маму одного подростка мы восстановили в родительских правах, и у них сейчас вроде бы все нормально.

- А в тех девяти случаях в этом году, когда ребят все-таки отправили в социальные учреждения, – это были критические ситуации?

- Практически да. Там наркомания, алкоголизм, полное нежелание заниматься детьми. В некоторых семьях мамы пропадают надолго, бросая беспомощных малышей. Иногда, чтобы принять меры, приходится подавать в розыск. А есть случаи, когда родитель, получая пенсию на ребенка по потере кормильца, живет на нее, пропивает, не оставляя ребенку даже на пропитание.

- А есть факты, когда ребенка забирают из семьи, если в ней нет средств на жизнь?

- В таких случаях мы не имеем права забирать ребенка. Ситуация должна быть очень запущенной, чтобы принять решение об изъятии детей. Обычно удается побеседовать с родителями. Видя, что в доме грязно, есть нечего, предлагаем на какой-то период поместить его в СРЦ «Наш дом». За это время родители находят работу, приводят свою жизнь в порядок, получают первую зарплату. Бывают ситуации, когда мама готова работать, но по каким-то причинам не может. Эту семью мы временно можем поместить в гостиницу «Доверие». К счастью, в нашем городе есть вся инфраструктура для помощи семьям в трудной ситуации. Выдаем продуктовые наборы, из которых мама сама готовит еду. «Нянек» мы отменили, столовую тоже. Человек должен все-таки сам заботиться о себе и своем ребенке. Можем, и не помещая в учреждение, помогать продовольственными пайками.

- Судя по ситуации в трудных семьях, материнский инстинкт ослабевает. А действительно в последнее время отцы становятся более ответственными?

- Я сама для себя еще не могу ответить на этот вопрос. Раньше у судов была позиция при разводе практически в 100% случаев передавать детей маме. Сегодня, может быть, мы приближаемся к гендерному равноправию. Чтобы почувствовать эти изменения, должно пройти 10-15 лет, смениться поколение. Наша гендерная политика нам, похоже, удалась. Теперь мы иногда склоняемся к тому, чтобы отдать ребенка отцу. И в суде мы это открыто высказываем. Раньше и отцы не верили в такую возможность и не обращались с подобным вопросом. А теперь один отец выиграл суд, другой – и люди начинают понимать, что мы стали объективнее в решениях. Из восьми дел по передаче отцам на воспитание детей в семи случаях папы выиграли. 28 мужчин в этом году обратились к нам или в суд по вопросу определения порядка общения с ребенком.

Но, к сожалению, и мамы изменили поведение. Образ женщины деформировался в последние годы. Он стал приобретать мужские черты в борьбе за выживание. И вместе с этим наши милые дамы приобрели вредные привычки. Часто именно они попадают в места лишения свободы по статьям за наркотики. Женщины перестают быть, как раньше, хранительницами семейного очага. Вот так они доказали свое равноправие.

- А как часто изъятие ребенка из семьи заставляет маму одуматься?

- Как правило они в этом случае скатываются все ниже. И поэтому мы как можно реже идем на лишение родительских прав. Хотя понимаем: не дай бог с ребенком что-то случится. Над органами опеки всегда висит дамоклов меч. Если забрали малыша, то не было веских оснований. Если не забрали и что-то случилось, то почему не предотвратили. Конечно, у нас опытные специалисты, с высшим педагогическим и медицинским образованием. Сложные решения принимаются комиссионно. Если мать пишет заявление о желании вернуть ребенка, то наблюдаем, как она изменила образ жизни. Если этого не происходит, можем передать его в приемную семью. Органы опеки прежде всего стоят на защите прав несовершеннолетних, и нередко – защищают его от родителей.

- А часто вы сталкиваетесь со случаями, когда дети страдают при наличии вроде бы благополучных мам и пап?

- Самые ужасные примеры – дележа детей. При разводе с помощью ребенка мстят друг другу за какие-то обиды. Или если один родитель хорошо устроил свою жизнь, а другому это не удалось. Тот, кто мстит, может не позволить вывезти сына или дочь на отдых за рубеж или препятствует улучшению жилищных условий бывшего супруга. Органы опеки опять же всегда принимают решение в пользу ребенка.

- А меня потряс случай, когда вроде бы неплохие мамы подвигли своих дочек на кражу для себя пива из магазина.

- Этот случай и у нас вызвал шок. Я даже не знаю, как это оценить. Вообще у нас растет число случаев, когда дети совершают, на первый взгляд, незначительные проступки: крадут шоколадки из магазинов, нарушают комендантский час. Эта статистика у нас постепенно растет. Подрастают дети, в том числе и неблагополучные, рожают собственных детей. И для этих мам и пап не является чем-то ужасным, если ребенок выпил пива. А в комментариях к закону сказано, что даже если подросток сам не пьет, а находится в компании тех, кто на улице распивает спиртное, то он является участником этого распития. Родители зачастую не понимают, как это серьезно.

Статистика мелких краж растет, в частности, и из-за того, что везде установлены камеры видеонаблюдения, есть охрана, и подобных случаев стали замечать больше. А еще благополучные вроде бы родители сами создают дурные традиции. Ребенок видит, как, направляясь в гости, папа берет в качестве гостинца бутылку вина. И никакие правильные слова не помогут, потому что нет ничего убедительнее личного примера. На памяти случай, когда 10-летний мальчик, отправляясь к другу, взял 50 рублей на мороженое, а купил маленькую бутылочку «паленой» водки. По дороге отхлебнул. В состоянии комы его доставили в реанимацию.

- Число персональных дел резко увеличилось. Как вы оцениваете этот факт?

-  С одной стороны, это хорошо. Мы стали более адресно работать, лучше отлажено межведомственное взаимодействие. Стали к нам обращаться и жители, много звонков от соседей: они часто видят маму пьяной, ребенок бегает без присмотра, грязный, голодный.

- А вот что касается детской агрессии. Она тоже растет?

- Эти случаи тоже стали фиксировать чаще. Раньше особо не обращали внимания на драки детей. А теперь родители обращаются в полицию. Заводятся персональные дела. Ребенок берется на контроль. Хотелось бы, чтобы в школах работали службы примирения. И чтобы родители следили за своим поведением в семье, не несли свое плохое настроение в дом. Не хватает денег, проблемы на работе – и люди становятся раздражительными, агрессивными, срываются на самых близких, самых беззащитных. Ребенок эту манеру поведения воспринимает как норму и переносит на свое окружение. Нужно помнить, что дети – это маленькие люди, у них такое же самолюбие. И суициды в переходном возрасте случаются. Одна грубая фраза родителей может так обидеть ребенка, что он пойдет на непоправимое. Говорят, что семья отживает свое. Но куда еще податься человеку, если не в семью, где должен быть надежный тыл? На кого еще опираться?

Наша справка

На учете в управлении по делам семьи и демографической политике состоит 237 детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Из них 95% – на воспитании в замещающих семьях. 12 детей переданы в социальные учреждения.

За 9 месяцев текущего года выявлен 30 детей, оставшихся без попечения родителей, из них 35% – сироты. Ранее доля сирот составляла не более 22%.

За 9 месяцев лишены родительских прав 33 родителя в отношении 33-х детей ( в прошлом году – соответственно, 21 и 23). 7 родителей ограничены в родительских правах.

На заседаниях комиссии по делам несовершеннолетних рассмотрено  453 персональных дела. В частности,  172 раза матери и отцы привлекались за ненадлежащее исполнение родительских обязанностей (в прошлом году – 143 случая).

Появление детей до 16 лет в общественных местах в нетрезвом виде – 38 случаев в этом году против 21 – в прошлом. За нарушение комендантского часа родители привлекались 39 раз (в прошлом году – 17).

Проведено 23 рейда по семьям, где родители пьянствуют, страдают токсикоманией и наркоманией.

 

Вы можете пролистать до конца и оставить комментарий. Уведомления сейчас отключены.

Написать комментарий


7 − два =

hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online parajumpers pas cher parajumpers pas cher tn pas cher nike tn pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher hogan outlet golden goose outlet golden goose outlet golden goose saldi golden goose saldi louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher