К 70-ЛЕТИЮ ПОБЕДЫ6 Одно сердце на двоих

18-1

Письма любимой по-новому раскрывают образ Героя Советского Союза Ивана Анкудинова

Эти письма, написанные рукой Героя Советского Союза Ивана Анкудинова, можно считать исторической и краеведческой сенсацией. Иван Андреевич писал их в период с июля 1941 по 1944 год своей жене – Надежде Михайловне, которую отправил в начале Великой Отечественной войны к своим родным – в Мордовские Липяги. Эти послания по-новому открывают облик нашего земляка.

Ольга Полежаева

poleg-lt@mail.ru

Письма обнаружила внучатая племянница Ивана Анкудинова, преподаватель школы №20 Татьяна Белова. Татьяна Николаевна бережно хранит память об Иване Андреевиче и уже передала музею истории города ряд реликвий, связанных с его именем.

- Я знала, что Надежда Михайловна всю жизнь хранила письма мужа, но после ее смерти мне не удалось их найти, – рассказывает Татьяна Николаевна. – А минувшей осенью разбирала антресоли, где накопилось много старых вещей, и в самом дальнем углу нашла пожелтевшую папку, и в ней – десятки писем, написанных чаще всего второпях, порой очень неразборчиво. Жена пограничника умела надежные «схроны» делать! В основном это письма Ивана Андреевича домой, но есть и немало писем от его однополчан, рассказывающих об Анкудинове.

В канун 70-летия Победы Татьяна Николаевна сообщила о письмах в музей истории города. Тогда о них узнала и наша редакция. Мы получили с ее разрешения копии этих писем. Он писал с фронта, потом из госпиталя, куда попал после тяжелого ранения; из Москвы и Казани, где учился на курсах Генштаба; и вновь с фронта. Не всё в них удалось прочесть. Но главными в этих разнокалиберных листках всегда были две темы: любовь и война. Отрывки из писем публикуются впервые.

Письма из 41-го

30 июля

…24 июля под станцией Копцевичи мы были окружены. Я комендатуру повел в атаку. Елкин прикрывал фланг одной группой. В 19.00 был ранен в плечо, поля боя не бросал, а в 20 часов мне перехватило горло. Захлебывавшегося кровью, меня вытащили из-под пулеметного огня Заика и Васильев и через болота 14 километров провели на Петракова… Отправили нас в Гомель, в сортировочный лазарет. 26 июля меня на сансамолете переправили в Орловскую область, г. Унеча.

Надя, я все порастерял, за исключением одной твоей фотокарточки и партбилета. Вещмешок остался на машине, в которой колесили Европу. Ну, дорогая, не расстраивайся, через две недели я вернусь на фронт. По приезду в новый госпиталь ничего бы я не хотел, только бы один раз увидеть человека, которого я люблю и который любит меня.

6 сентября, 6.00

Здравствуйте, дорогая моя Надежда… Ежедневно  с нетерпением ожидаю твоих писем, но ты на них стала очень скупая, по-видимому, мои дурные привычки перешли к тебе.

Вот уже 2 месяца я потерял свою любимую подругу, ради которой я жил… Мы почти никогда не говорили о любви, но безумно любили друг друга. Эта боевая подруга 10 лет честно делила горе и счастье со мной. Ведь мы исколесили вдоль и поперек всю границу на западе великого Союза, мы чувствовали себя сильными, в трудные для меня дни я прибегал к ней за новыми силами. Разве можно таких людей забыть? Нет, это невозможно!

Надя, кончаются часы лечения. Скоро начнутся боевые дни. Ты знаешь, что я никогда не отдавал половину своих сил – везде и всегда отдавал их полностью.

Из госпиталя скоро выеду, по этому адресу писем не пиши, с нового адреса напишу тебе сам. Живи, Надя, с надеждой снова встретиться, ибо я уверен, что «таинственный талисман» сохранит мне жизнь в тяжелые дни Отечественной войны, хотя я никогда не жалел себя и свою жизнь ради Родины нашей.

11 сентября, 13.00

Здравствуйте, дорогая моя Надя, мамаша и папаша. Передаю сердечное спасибо за ваше письмо, которое я получил. Из письма я вижу, что вы живы и здоровы, но знаю, что ты обо мне «смертельно» скучаешь и беспокоишься, Надя.

12-13 я выезжаю из госпиталя. Куда – сообщу позднее, но на Запад. Раны залечили, рука действует хорошо, кость не задета. Рана на шее тоже зажила, но песен петь пока не могу. «Платочек» уже не спою, могу только разговаривать спокойным голосом, не глухие могут услышать. Но голос постепенно восстановится, все будет в порядке. На живом всегда все заживает…

Что еще писать? Ты меня знаешь – я не любитель много писать, но читать люблю большие письма. Ты мне очень редко писала, за месяц с лишним я получил лишь 3 письма и одну телеграмму, а я написал 6 писем и телеграмму. Как видишь, ты отстаешь.

Ну, Наденька, прекращаю свое творчество. Писать можно бесконечно, но не время теперь,  надо землю русскую защищать – Родину, жизнь и свободу.

17 сентября, г. Казань.

Дорогая Надя, ты меня прости, что я наладился каждый день писать тебе письма. Но кому же писать? Вот кто роднее – тому и пишу.

Я хотел спросить, можно ли в Куйбышеве достать табаку или папирос. В Казани ни махорки, ни самосаду нет. Я уже пятый день не курю. Клянчим друг у друга окурки. Если можешь, то пришли хотя бы самосаду, я был бы очень доволен. Только покрепче который… Ну, целую всех вас горячо и сердечно.

 

Письма из 42-го

Без даты

…Дорогая Надя, ты не беспокойся: пока я буду жить – не забуду тебя. А я буду жить! Талисман счастья меня не покинет даже в момент, когда я буду идти по колено в крови и под градом пуль. А я уже ходил. Знают это из 418 погранотряда, полковник Аканин, и все друзья и товарищи, впереди которых я шел под пулеметный огонь немцев, от моего автомата легло 22 эсэсовца, 4 офицера. Когда-нибудь расскажу, что было под … городком Туров, Тонеж, Жидковцы, Копцевичи, Петрушково. Я их не забуду, только жалею, что мало пришлось мне немцев перебить.

Комендатурой я разгромил 3 батальона пехоты, вывел из строя 14 танков, взял 24 орудия, 700 винтовок, 32 станковых пулемета. Вот мои трофеи Отечественной войны! А теперь начинаю хандрить, и мне это не нравится.

Помни: мы еще будем жить до глубокой старости! Ты еще меня поцелуешь и услышишь мой хриплый голос.

Ну, Надя, пиши мне, дорогая! Крепко тебя целую, от всего сердца.

Без даты

…Надя, смертельно соскучился по тебе. Нам, по-видимому, дано одно сердце на двоих, и вот мы его разделили пополам. Вот почему нам жить тяжело теперь.

 

Письма из 43-го

…В общей сложности я провел на фронте 7 месяцев. Но все эти месяцы был в невыгодных для себя условиях. Хотел бы еще раз добраться до передовой, чтобы свести счеты с противником. Вот чем я руководствовался, и это не значит, что я не люблю тебя.

…Ты спрашиваешь моего разрешения взять ребенка на воспитание. Как я могу посоветовать? Только одно могу сказать: пора думать о старости. Пока буду жив, от воспитания не откажусь, помру – сама сумеешь воспитать…

 

Письма из 44-го

12 марта

Я еще жив! Я снова на Збруче. 10 лет не видел скалу. Наверное, ты помнишь ее – против Гукова. Я стоял со стороны тропы – но один, без тебя.

Передаю привет родителям и пожелание дождаться меня. Предан вам. Крепко целую.

 

Письма однополчан

Без даты

Привет, Надежда Михайловна! Это пишет адъютант твоего мужа Анкудинова Ивана Андреевича. Он сейчас убит, и я вез вам домой его вещи. Но не довез и переслал багажом, а квитанцию – письмом. Получите на станции Сызрань. Не довез, потому что времени мне дали мало, и я вернулся в свою часть.

Щербань Иван Яковлевич

13 апреля 1945 года

Привет из Чехословакии! Здравствуйте, дорогая Надюша!… Сейчас я уже нахожусь не в той части, где был Анкудинов, а работаю в госпитале сестрой. И нахожусь в том городе, где лежит Анкудинов. Я его могилу украсила очень хорошо – лучше всех. Хочу узнать, получили ли вы его вещи и орден? Прошу сообщить. Будьте здоровы.

Подгорная Валентина Николаевна

 

20 июня 1945 года

Здравствуйте, глубокоуважаемая Надя! Мой вам привет. Я остановил машину в Ужгороде 18 июня у коменданта города и, с ним договорившись, пошел на могилу полковника Анкудинова Ивана Андреевича. Он был похоронен в центре города, их двое – две могилы напротив коменданта в сквере. Но недавно обе могилы перенесли на военное кладбище, тоже в центре… Сейчас заканчивают памятник. Памятник полковника под номером 176. Памятник черный, красивый, на нем фотокарточка, где он еще в звании майора. .. К 1-му кладбище должно быть открыто. Здесь так красиво – все в цветах и деревьях. Ниже рисую точно могилу Ивана Андреевича.

Щербань Иван Яковлевич ( ?)

 

28 июня 1945 года

Здравствуй, дорогая Наденька! …письмо твое получила, за которое сердечно благодарю. Я уже давно не нахожусь в том городе, где похоронен Ванюша. Сейчас сфотографировать не могу, потому что я от него за 800 км. Но когда буду ехать домой, тогда заеду и сфотографирую. Скоро получишь другое письмо, в нем будут описаны все подробности

Валентина Николаевна Подгорная,

полевая почта 11139

 

Допблок

Свет удивительной любви

Наш рассказ о письмах будет неполным, если мы хотя бы коротко не вспомним о судьбе Надежды Михайловны, о которой еще 10 лет назад нашей газете поведала Татьяна Белова:

- Я выросла на глазах у Надежды Михайловны. Она много общалась с моей бабушкой, которая была родной сестрой Ивана Андреевича.

Иван и Надежда поженились в середине 30-х годов – незадолго до того, как Анкудинов получил первое офицерское звание. Служил в пограничных войсках на Западной границе. И всюду рядом с ним была жена. Война застала их в Полесье – на главном направлении наступления фашистских войск. Иван Анкудинов возглавлял погранкоментатуру в белорусском селе Букча. Каким-то чудом удалось в считанные часы организовать эвакуацию офицерских жен в тыл. Судя по всему, та июньская встреча 1941-го года при расставании была последней в их жизни. За годы войны им так и не удалось увидеться.

Иван Анкудинов погиб в 38 лет, его жене было тогда 34. Замуж Надежда Михайловна больше так и не вышла. Она навсегда связала свою жизнь с Липягами, а затем и с Новокуйбышевском. Одно время работала начальником узла связи в Липягах. Очень долго, почти до 70 лет, работала на Куйбышевском заводе синтеспирта. Ныне производство входит в состав холдинга САНОРС. Многие годы Надежда Михайловна поддерживала отношения с однополчанами мужа, переписку с которыми помогала вести Татьяна Николаевна.

Долгие годы Надежда Михайловна жила в доме по ул. Успенского, 1. Она скончалась 17 лет назад в возрасте 83 лет.

Ивана и Надежды Анкудиновых уже давно нет с нами, но пусть свет их удивительной любви осветит в год 70-летия Победы жизнь Новокуйбышевска. История эта подтверждает: любовь помогает выстоять в  самых суровых испытаниях.

Наша справка

Иван Андреевич Анкудинов родился 14 сентября 1906 г. в селе Мордовские Липяги Куйбышевской области. Кадровый офицер-пограничник. Войну встретил 22 июня 1941 года в качестве командира погранкомендатуры в Белоруссии в звании капитана. Умело руководил подразделением, нанося врагу ощутимые потери. После ранения и лечения в госпитале окончил курсы Генерального штаба. Участвовал в боях под Москвой, на Курской дуге, освобождал Киев и другие города.

В конце войны командовал в звании подполковника 1157-м полком 351-ой стрелковой дивизии. 26 октября 1944 года полк первым ворвался в Мукачево – город в Карпатах, который прикрывал выход в центральную Чехословакию. Вскоре полк за военное мастерство был награжден орденом Богдана Хмельницкого, а его командир орденом Суворова III степени.

Иван Анкудинов погиб в боях за город Требишов в Чехословакии 30 ноября 1944 года. Предположительно он был убит на передовой пулей снайпера. Похоронен в городе Ужгород Закарпатской области на Украине. На могиле установлен памятник (на фото).

Награды: Герой Советского Союза, два ордена Красного Знамени, ордена Красной Звезды, Отечественной войны I степени, Суворова III степени.

 

Вы можете пролистать до конца и оставить комментарий. Уведомления сейчас отключены.

Написать комментарий


девять + = 18

hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online parajumpers pas cher parajumpers pas cher tn pas cher nike tn pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher hogan outlet golden goose outlet golden goose outlet golden goose saldi golden goose saldi louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher